Южный бант — неофициальное название в военной истории и фалеристике комплекта из медалей СССР времён Великой Отечественной войны: «За оборону Одессы», «За оборону Севастополя» и «За оборону Кавказа». Большую часть награждённых всеми тремя медалями составляют моряки Черноморского флота, как морские пехотинцы, так и члены экипажей кораблей. Южным бантом всего за войну награждено около 980 человек. Его обладатели пользовались большим уважением среди ветеранов, поскольку комплект указывал, что человек прошёл самые тяжёлые этапы войны на южном фланге фронта.
Полного и обобщенного списка кавалеров Южного банта мне найти не удалось, они раскиданы по разным ресурсам. Но как минимум двое - являются уроженцами Пензенской области - это Георгий Владимирович Терновский (1915-1970 гг.)
и Александр Игнатьевич Кошкин (1909-1969 гг.)
Однако в их биографиях, как ни странно, не упоминается о том, что они были кавалерами Южного банта.
А что известно? В принципе, хорошо известно, что Терновский был одним из главных энтузиастов и инициаторов установки на корабли реактивного оружия.
В Вики о Терновском сказано так:
«Отличился в ходе высадки морского десанта у Южной Озерейки в ночь с 3 на 4 февраля 1943 года, когда с оборудованных под его руководством пусковыми установками катера-тральщика был произведён массированный обстрел реактивными снарядами (выпущено 288 снарядов калибра 82-мм) зоны высадки десанта; в ходе боя сам находился на этом катере и руководил стрельбой».
Это был тот самый десант, с которого начиналась продолжавшаяся 225 дней эпопея «Малая земля», и которая была завершена 16 сентября 1943 г. освобождением Новороссийска.
В первую очередь разберемся, что из себя представлял этот самый «катер-тральщик», для чего обратимся к статье «Скумбрия». Забытый рыболовецкий «ракетоносец» от 23 марта 2018 г. на сайте «Тopwar.ru».
«КТЩ-606 «Скумбрия» был уж очень далеко не подарком. «Скумбрия» представляла собой мобилизованный рыболовецкий сейнер со скоростью хода в 7 узлов. Всё вооружение скромного трудяги состояло в одном 7,62-мм пулемёте и одном катерном трале. Корпус неуклюжего сейнера, конечно, был деревянным. Вскоре стараниями флотских инженеров на палубе «Скумбрии» установили, по различным данным, до 12 пусковых устройств для 82-мм реактивных снарядов».
При этом капитаном - недаром взятого в кавычки «ракетоносца» - был даже не офицер, а главстаршина (старший сержант) Владимир Жолудов, сам стоявший за штурвалом. После первого залпа «Скумбрия» подверглась ожесточенному обстрелу немцами, Терновский был ранен в голову.
И еще один немаловажный нюанс.
Это был первый случай, когда реактивными снарядами не просто обстреливали побережье противника, но и поддерживали десант. И существовал немалый риск накрыть своих. И ясное дело, что Терновскому в этом случае не поздоровилось бы – трибунал и штрафбат. То есть он рисковал дважды, беря на себя такую ответственность.
В комментариях к статье меня неприятно зацепил такой пассаж:
«Справедливости ради надо отметить, что сама идея применения "катюш" на флоте не прижилась по простой причине - никакой точности. Стрельба РС-ами с подвижной шаткой платформы, какой являлся малотоннажный катер, была просто пустой тратой снарядов-приблизительно попасть хоть куда-то можно было только случайно...»
Решил посмотреть, как обстояли дела у наших союзников, и натолкнулся на статью «Береговые драконы американского флота: история кораблей ракетной поддержки».
Желающие могут прочитать по ссылке, приведу лишь небольшой отрывок из нее и пару фото:
«Такую новинку Второй Мировой как реактивные системы залпового огня (РСЗО) американские военные встретили... противоречиво. Американская армия отнеслась к ракетной артиллерии весьма скептически: американские артиллеристы заслуженно гордились своим умением стрелять быстро и точно, стремительно маневрировать огнём, и идею «давайте просто лупить ракетами по площадям» восприняли чуть ли не как издевательство.
А вот у морской пехоты США мнение о ракетах было очень даже позитивным. Морская пехота вообще любила массирование огня — особенно при высадке, когда необходимо было прижать неприятеля к земле так плотно, как только можно — и мощный ракетный залп, накрывающий берег непосредственно перед высадкой волны десанта, очень-очень нравился морпехам.
Первыми «кораблями ракетной поддержки» стали 600-тонные танкодесантные катера LCT. Изначально разработанные британцами для высадки бронетехники на неподготовленное побережье, эти катера стали очень популярны и в американском флоте и строились в больших количествах.
Ракетная версия, обозначавшаяся как LCT(R) делалась довольно просто. Носовая аппарель катера заваривалась наглухо, над грузовой палубной надстраивалась еще одна — и на ней плотными рядами выставлялись 180 (!) шестизарядных ракетных установок, под британские 5-дюймовые (130 мм) бомбардировочные ракеты. Полный залп каждого LCT(R) составлял 1080 ракет, которые обычно выпускались 24 залпами по 45, буквально перепахивая зону 600 метров в ширину и от 300 до 1000 метров в длину.
Катера ракетной поддержки с большим успехом продемонстрировали себя во время высадки в Нормандии и последующих операций на Средиземном море».
То есть союзники использовали эту идею на полную катушку. Благо, имели для этого и ресурсы, и уже практически готовые корабли.
На сильно потрепанном Черноморском флоте ничего этого и в помине не было. Поэтому приходилось довольствоваться шаландами типа «Скумбрии». И именно эти обстоятельства и делают деятельность Терновского еще более значимой.
Фото катеров, вооруженных РС много, а вот фото самой «Скумбрии» не сохранилось, есть только примерная модель (из фондов Новороссийского музея)
***
Именем Терновского в Пензе названы улица и профессионально-техническое училище №1 (ныне технический лицей). И материалов, и статей в интернете предостаточно.
Однако информация на сайте Пензенской городской Думы выглядит бедновато. Что же касается объекта культурного наследия «Здание школы ФЗУ», то на обезображенном сайдингом бизнес-инкубаторе «Паршин» охранная табличке есть.
А вот мемориальной таблички, посвящённой Терновскому, я не нашел. Возможно, ее там никогда и не было.
И еще небольшой штрих.
В 1946 году вышла книга «Описание морских реактивных установок и боеприпасов».
Однако, поскольку Терновский закончил войну в чинах невеликих, он в этой книге даже не упомянут.
Но это так, к слову.
PS. Что же касается Александра Игнатьевича Кошкина, то о нем есть отличная статья «Боевая судьба летчика Александра Кошкина» в газете «Улица Московская». Правда, как уже говорилось выше, о том, что он является кавалером Южного банта в статье не упомянуто.
Будем считать, этот пробел ликвидирован.
Павел Арзамасцев
